Когда я садился за очередную книгу о приключениях монашки-детектива, то ничего особенного от нее (книги) не ждал. Просто хотел «отдохнуть» после немного тяжеловесного Эко. В принципе, так и получилось. Читалось легко, останавливаться не хотелось, скучать не успевал. Но... Какие же будут «но»?
В начале каждой акунинской книги, я искренне восхищаюсь автором. С каждым новым абзацем он «навешивает» на сюжет все новые и новые темы, и каждая следующая интересней и масштабней чем предыдущая. Перспектива погружения в тайну завораживает и зовет глотать страницу за страницей.
Но проходит совсем немного времени, я замечаю что прочитал уже 2/3 книги, а нагромождение идей только-только перестало расти. Ему не успеть :(
За оставшиеся до конца пару сотен страниц, автор наверняка не сможет раскрыть все затронутые темы. Я вспоминаю, что в прошлый раз было точно так же.
Это ведь легкий жанр — быстрая смена декораций и идеологий жизненно необходимы, что бы не дать читателю прийти в себя. Так что это нельзя назвать недостатком. Акунин — молодец, работает очень качественно. В отличии от голливудских сценаристов он не раскидывается налево и направо тупиковыми сюжетными линиями, по сути одноразовыми подставками, под зрелищную сцену.
Наоборот, мне с первых страниц доподлинно известно, что КАЖДОЕ ружье повешенное автором на сцене, обязательно выстрелит. Нет лишних деталей, и незанятых в сюжете персонажей. Повествование на огромной скорости будет нестись сквозь время и пространство, закладывая бешеные виражи среди расставленных декораций. Свет прожектора на мгновение выхватывает из темноты очередную улику, безумный паровоз задевает краем крыла мировую проблему и... проносится дальше.
У меня есть версия. Акунин делает рекламу, пускает в прокат сногсшибательные видеотрейлеры, призванные заманить читателя в мир серьезной литературы. Хоть я читаю и много, а с классикой знаком плохо — давно выветрившаяся из головы школьная программа. Меня, и таких так я, акунинские дайджесты интригуют. Других, более подкованных читателей, они наверное согревают теплыми моментами узнавания. Приятно встретить старых знакомых, даже если встреча произошла в цирке.
Кстати, про знакомых. Тамплиеры, набеги в Святую Землю, вопросы антисемитизма, псевдо-мужеложцы, магические ритуалы и страсть к подземелиям из «Маятника Фуко» (предыдущая «моя» книга), очень уж плавно перешли в «Пелагию и красного петуха». Хотя, вру — тамплиеры к Акунину не доехали (по двое на одной лошадке далеко не ускачешь). А все остальное пришлось новому автору весьма кстати. Пазл продолжает разрастаться.
И еще чуть-чуть о знакомых. Акунин приучил своих читателей легко расставаться с героями. Чик-чик и нету. Герой погиб геройской смертью. Это происходило настолько часто, что мое читательское сердце огрубело и перестало оплакивать любимых персонажей... Борис, почему ты замочил Бердичевского? В последней книге он стал таким клевым!
P.S. Сильно-картавящий Христос это так мило. Интересно, зачем Акунин придумал эту деталь? Я до последнего боролся с соблазном узнать в Мануйле вечномолодого Владимира Ильича, хотя кроме картавости никаких других общих черт у этих пророков не замечено.
P.P.S.Образ Иисуса в современной русскоязычной литературе рассматривается в исследовании А.М. Лобина.
Акунин прекрасен, вот только сцены насилия немного напрягают — очень уж красочные и подробные, на мой вкус. Особенно выкалывания и выковыривания глаз, видимо, его любимая тема. У него прям в каждой книжке кто-нибудь очень живописно лишается зрения.
Может, это так комплекс проявляется из-за того, что сам Акунин очки носит...
Привет Воронежу и рыцарям круглого стола!
Женя, если не тяжело, напомни — кого еще лишал зрения наш любимый хулиган Акунин? А то кроме рассуждений про пытки из «Шпионского романа» :
мне в голову ничего не лезет.
Ну цитаты не приведу (и искать не буду). Но вот в Красном петухе, там, кажется, кому-то палочкой глаз выкалывали... в эпопее про Фандорина, там вообще, почти в каждой части об этом. Ну вот в частности, в одном из романов, не помню каком, всю семью (включая собачку), обезглазили, чтобы личность приступника не отпечаталась на их мертвых роговицах :) Это самое массовое лишение зрения, которое помню у Акунина.
В Шпионском романе тоже, да?
Вспомнил! Глаза всем подряд резал Будочник из «Любовника Смерти». Там же был уголовник Очко метавший ножички в глаза.
А в «Шпионском романе», кажется, только обсуждают этот вопрос, до практики не дошло.
Да. Но самый прикол, это когда ружье подвешено но не стреляет. Читатель ждет до последнего. А оно просто висит что бы висеть.
Это смотря какой читатель. Я, например, не очень дружу с памятью (потому и в карты не играю) — могу и не вспомнить о ружье, если оно не бахнет.